logo

Роковые страсти

Мастер и Маргарита

Мастер и Маргарита

Анатолий Барбакару - автор книги "Одесса-мама", выпущенной в свет изд-вом "ЭКСМО-Пресс". В прошлом он слыл лучшим картёжным шулером Одессы, но его "трудовая деятельность" не осталась без внимания органов правопорядка. Пять лет А. Барбакару находился во всесоюзном розыске, потом сделал пластическую операцию на лице. Позже он работал на Одесском телевидении журналистом криминальной хроники. Телезрители видели этого человека в передаче Юлия Гусмана "Тема", посвященной азартным людям. А мы приводим отрывок из книги А. Барбакару "Одесса-мама".

 Есть у меня давняя мечта: создать женщину-шулера. Согласитесь, красиво. Тонкое, аристократичное создание, раскованное и неприступное одновременно. Такая женщина сама по себе приманка.
 С Ритой я был знаком пару лет, но она постоянно пропадала из поля моего зрения. И всё по своим любовным делам. Это было миниатюрное, излучающее энергию, светящееся создание.
 И вот, в очередной раз заимев пробелы в личной жизни, она ночью приехала ко мне.
 - К вечеру буду в Москве, - без особой скорби поделилась Рита. - А там - или замуж за дипломата, или вновь на вольные хлеба. Второе больше по душе.
 Рита не уехала. Я предложил ей нечто поинтересней - стать женщиной-шулером. Она согласилась. Ещё бы! Ведь этого она в своей жизни пока не пробовала.
 Любой наставник о такой ученице может только мечтать. Ни слова попёрек, всегда, в любой ситуации - полное внимание, сосредоточенность.
 Мне могло, к примеру, приспичить излагать некий совет, правило, закон именно в тот момент, когда она чистила зубы. Щётка замирала в ротике, полном пасты, круглые, спросонья не подкрашенные глазёнки по-щенячьи преданно смотрели на меня в зеркало. Такая же готовность к восприятию и тогда, когда готовила обед, смотрела интересный фильм или уже дремала, засыпая.
 Как мужчина с женщиной мы так и не сблизились.
 Риту это не смущало. В самом начале в двух словах обсудили пикантную тему: дескать для дела будет лучше, если воздержимся, - и больше к ней не возвращались.
 Технику владения колодой она осваивала со сверхскоростью. Конечно, это радовало. Не то слово - дух захватывало от ее успехов. И главное, я знал: у неё получится и все остальное, что предваряет игру и что следует после ее завершения. Да уж, в этих способностях ученицы сомневаться не приходилось.
 Два месяца ее заточения и непрерывных занятий осваивались следующие дисциплины: манипуляции колодой, техника разыгрывания раскладов, изучение правил, спецподготовка колоды, стратегия и тактика поведения, контрприёмы... Преферанс мы оставили в покое: громоздко и долго. К тому же весь расчёт строился на игры, где встречаются один на один. Основная игра - "деберц". Довеском, для общего развития, - покер. На мой взгляд, этого было достаточно. Мы не обсуждали долю каждого из нас в будущих доходах. Больше всего меня интересовала реализация давней мечты, светлой, романтической, пронесённой через все перипетии карьеры. Какие тут деньги?! Но вот проблема - как ввести ее в игру?
 Поразмыслив, пришёл к выводу: без сообщника нам не обойтись. К тому же светский салон - место, куда ей следовало получить доступ, - был определён: хата Монгола, где как раз в это время промышляли мы с Шахматистом. Удобное место: и публика не жлобская, не уголовная, и деньги разыгрываются серьёзные. В случае чего мы с напарником подстраховать можем. Но в лоб, незатейливо, вводить нельзя. Белые нитки заметят сразу. Посоветовались с Шахматистом, посоображали.
 Среди завсегдатаев клуба "У Монгола" был один, на замашках которого и строились наши расчеты, - Яшка Маляр. Маляром он был примерно таким же, как я или Шахматист. Или Рита. Он держал строительные бригады. Денег мы его не считали, да он их и сам, похоже, не считал. Проигрывал успешно, безболезненно. Болезненной можно было считать другую его страсть. К женщинам...
 Комплекс неполноценности Яшки проявлялся в том, что он катастрофически трусил заговорить с женщиной, если не имел гарантии, что разговор она поддержит. Кто может дать такую гарантию? Только профессионалки - проститутки. К ним он и шёл, терпя финансовые и душевные убытки. Но партнёром был приятным.
 С началом мы не мудрили. К чему изобретать новый приём, если есть отработанный до совершенства? Рита "тормознула" Маляра, когда он, терзаемый горькими предчувствиями, ехал на знакомую "точку", где предполагал застукать очередную милую с "левым" ее ухажёром. Яшка не доехал: на его пути встала Рита. Весь день и вечер он катал по городу новую пассию. Как барышня высоконравственная, ту ночь и несколько последующих она спала у себя. Именно у себя. Мы сняли ей квартиру.
 Эти несколько вечеров Яшку мы в клубе не видели.
 Рите запретили появляться у меня. И правильно сделали: Яшина иномарка была припаркована неподалёку от снятой квартиры, - мнительный ухажер нёс вахту.
 Назавтра после того, как они наконец стали близки, Яшка заявился в клуб с Ритой. Маляра таким я ещё не видел... Этакий павлин, делающий вид, что окружающие ему неинтересны. А Ритка изображала преданнейшее создание, не мыслящее себя вне сферы своего покровителя. Кроткое, застенчивое, глядящее на мир удивлёнными, так мало повидавшими глазами!
 Яшка, разумеется, играл. Он даже умудрился выиграть. На следующий вечер он вновь пришел с ней, усадил в стороне на диване Шахматиста и Риту и попросил у хозяина карты. То, что она проигрывала Шахматисту, его даже радовало. Что - деньги? Пыль! Главное, он дождался, наконец, получил настоящее чувство! Члены клуба каждый вечер с тоской и завистью косились в сторону счастливчика Шахматиста, ни с того ни с сего заполучившего такую жилу. Яшка позволял любимой играть только с Шахматистом. Тот, 50-летний, махонький, седовласый, почти старичок, не внушал Маляру опасений. Не то что я... Ко мне влюблённый относился по-прежнему холодно. Да и Ритка в мою сторону за все время даже не глянула. Я мог гордиться ею.
 По-настоящему я получил на это право чуть позже.
 Через два месяца Яшка выехал в командировку в Израиль и уже там выяснил, что ему лучше не возвращаться: тут заинтересовались его "малярной" деятельностью. Яшка не вернулся, но ежедневно слал телеграммы. Обещал забрать Риту, требовал верности и любви. Рита старательно отвечала. Какие-то люди приносили, передавали ей деньги, вещи, оформили на нее машину.
 Телеграммы получал и Шахматист - с просьбой присматривать за беззащитной женщиной. С мольбой (почти) продолжать играть. И с обещаниями, в случае больших проигрышей беззащитной, уплатить все долги.
 И Шахматист играл.
 Те же самые посыльные люди наведывались к Монголу, передавали деньги и Шахматисту. И с совсем уже открытой, опасной даже завистью косились завсегдатаи.
 Однажды Шахматист не пришёл. Рита томно сидела на диване, раскладывала пасьянс - дожидалась соперника. И тогда к ней "подкатил" я.
 Собственно, с того момента, как обнаружилось, что Шахматист задерживается, все несколько встрепенулись. Но я решился первым: подсел, завел светскую беседу. Вкрадчиво предложил сыграть. Рита, не то кивнув, не то просто склонив головку, взяла колоду, стала сдавать.
 Этого завистники уже вынести не смогли. Особенно не смог Кацо, президент одесского гвоздичного бизнеса.
 - Слушай, Толик, - сказал он. - Яша просил меня смотреть за Маргаритой. Яша не хочет, чтобы она играла с тобой.
 - Поздно, - сказал я. - Карты сданы.
 - Только одну партию, - согласился знающий правила Кацо.
 Партию, которую позволил сыграть Кацо, я проиграл. Публика была в недоумении: то ли я поддался женщине для затравки, то ли Шахматист так натаскал соперницу...
 Настороженности не было, было только изумление. Несмотря на то, что я имел здесь рейтинг из высших. Не насторожилась публика и позже, когда кроткая женщина выиграла в этот вечер у Кацо восемь с лишним тысяч долларов. На следующий день он проиграл ещё девять тысяч - и всё... На несколько дней потерялся. Должно быть, осмысливал происходящее.
 Непутёвые, изумлённые чрезвычайно, плюющие на чужой опыт цеховики наперебой ринулись занимать освободившееся место.
 Успели все. За три дня Рита обыграла всех. От четырёх до пятнадцати тысяч - каждого. Каждый раз, принимая выигрыш, томно опускала глаза. Сама невинность... Зараза!
 Публика не понимала вообще ничего. С надеждой ожидала, что выиграю я.
 Я проиграл больше всех - восемнадцать. Почему бы и нет? Во-первых, скорее спишут на везение, во-вторых - треть, шесть тысяч, значит, с Монгола-дольщика причитается. Потом появился пропавший Шахматист. Проиграл двенадцать тысяч и снова надолго пропал (предварительно получив свою треть суммы).
 Завсегдатаи были в шоке.
 Я высказал предположение: уж не проделки ли это Яшки? Предположение понравилось, хоть и казалось невероятным. Для подтверждения теории "Яшка-аферист" Рите следовало исчезнуть. Якобы податься к соучастнику за кордон. И она исчезла.
 Яшка долго ещё слал телеграммы. Но ответов уже не получал. Мы же были заняты иным: надо было выдумывать очередное дело. И мы его придумали. И большую часть плана предложила сама Рита. При разработке приходилось учитывать два неприятных фактора: первый - в Одессе ей обнаруживаться нельзя ни в каком виде; второй - я не имею возможности ее сопровождать, а значит, прикрывать. (К этому времени был на "подписке", ждал суда.)
 Факторы учли. Рита через знакомого дипломата раздобыла какую-то ксиву, имеющую отношение к Красному Кресту. На имя чешской гражданки.
 На пару с Шахматистом они въезжали в средней величины города. Останавливались не в самой лучшей гостинице. В местных организациях (иногда в горисполкомах) Рита представлялась активной деятельницей Красного Креста, разъезжающей с целью обнаружения мест, особо нуждающихся в помощи. Причём, помощь будет оказана не самим Крестом, а её родным папой. Почему так?.. Тут всё дело в том, кто - папа...
 Папа - держатель казино, игорных клубов, прочих вполне грешных заведений. Да, может быть, мучает совесть... Что в этом плохого? Как бы там ни было, папе не терпится оказать поддержку и Красному Кресту, и обездоленным. К этому благородному делу подключил дочку. Дочь - чистая душа - пусть таковой и остаётся. Потому и гостиницы нешикарные выбирались, чтобы образ праведницы соблюсти. Такова воля папы.
 "Чистая душа", как истинная папина дочка, проявляла объяснимый интерес и к местным заведениям. К тем, в которых играют. Из чистого любопытства, ну и чтобы папе было что рассказать. Собирала для папы приветы от местных игроков.
 Конечно, игровые точки ей демонстрировали подпольные, но самые престижные, куда жуликов не впускают. Что занятно: демонстрировали люди, рекомендованные местными организациями, исполкомами.
 Ну как дочке хозяина казино - не сыграть?.. Опять же любопытства ради...
 Любопытных, стремящихся удостоиться чести сыграть, было хоть отбавляй, всех обслужить не успевала. И выигрыши оправданы были. И делался вид, что тысячи эти несущественны, что и не к таким деньгам привыкши. Да и местным игрокам неловко было знаменитости предлагать мелкую игру. Старались не ударить и грязь лицом...
 Четыре города они обобрали. Потрусили местных зажиточных картёжников.
 Только в одном месте Рига нарвалась на приличного шулера, да и тот, поняв, с кем имеет дело, поспешил без шума уступить мести другому желающему. Предварительно, конечно, заплатив. Чего шум поднимать, когда и так предупредили, с кем садится: с дочкой короля чешских казино. Чего уж тут ждать?..
 Мы не держали связь... Дела не следовало обсуждать вслух. Даже по телефону. Я с гордостью за себя, за подопечную предвидел беспечное будущее. Несмотря на приближающийся суд, на запрет следователя играть самому. Зачем мне играть?.. У меня была Рита...
 Шахматист вернулся один. Когда я его совсем не ждал. Задолго до окончания запланированного срока командировки. Все завершилось вполне банально, заурядно.
 Они прибыли в очередной город. Сняли, как всегда, два номера. Но так случилось, что номера оказались на разных этажах.
 Толком Шахматист ничего не понял, но, когда он утром поднялся за Ритой, та с виноватым видом сообщила, что на неё уже лучше не рассчитывать. Что они с продюсером (!) сегодня к обеду уезжают в столицу. Единственное, что он разобрал из ее непривычно жёваных, стыдливых объяснений, так это то, что вчера, когда она напевала собственные песенки, ее наконец услышали. Через стену. И предложили сделать карьеру.
 Шахматист передал мне причитающуюся долю и записку: "Не сердись. Я тебя так люблю. Спасибо за все. Рита".
 Историю Риты закончу тем же, чем закончил ее в "Записках шулера":
 "Маргарита... Так и не дождался я тебя на эстраде. Очень хочется знать, что с тобой стало. Если нарвёшься на эти записки и не осерчаешь за написанное, черкни пару слов на адрес одесского почтамта. Ты знаешь, на чьё имя"...
Все ссылки:
1. "Мастер и Маргарита" - глава из книги Анатолия Барбакару "Одесса-мама".
2. "Смертельный вист" - из записок следователя.
3. "Езда в незнаемое" - воспоминания Арк. Арканова о молодости, проведённой на ипподроме.
4. "Любовь афериста" - о том, как нищий безработный аферист разбогател, собирая письма на помойках.
5. ""Однорукий" начинает и выигрывает" - интересные сведения из истории игровых автоматов и истории обмана игроками "одноруких бандитов". Статья о положении дел в 90-е годы.
6. "Большая игра" - обзор азартных игр, популярных в России (карты, бильярд, шахматы, городки).

Пишите нам
Copyright © 2005-2017 GameIntellect.com. All Rights Reserved.
Воспроизведение материалов этого сайта допустимо только после нашего письменного разрешения.
 
 
Рейтинг@Mail.ru